Ралли-рейд «Шелковый путь».Отнюдь не шелковый…

Я уже дважды имел возможность убедиться в том, что трасса ралли-рейда «Шелковый путь» соответствует своему названию лишь с точки зрения исторических аспектов. Что же касается дороги…

И вот сейчас у меня появилась возможность посмотреть, как эти дороги прокладываются: мне предложили присоединиться к группе генерального реконесанса трассы ралли.

Эксперимент нельзя назвать «абсолютно чистым», так как с участниками реконесанса я встретился на заключительной части прокладки маршрута — им оставалось прописать длинное кольцо «Астрахань — Астрахань» и круг финишного спецучастка. И тем не менее впечатлений масса. Точка отсчета — бивуак в степи, где полным ходом шли ремонтные работы по замене рессоры на одной из Mitsubishi L200. Уже на прокладке маршрута достается не только людям, но и технике. Но если первые выдерживают, то «железо», пусть и специально подготовленное, нередко пасует. Пока гостеприимные хозяева бивуака угощают меня обедом, ремонт закончен, и мы отправляемся в путь. Только здесь, вдали от асфальтовых дорог, можно увидеть, как быстро меняются природные зоны: красивейшая в это время года степь, озера, контрастирующие своей живой водой с солончаками… И вдруг создается впечатление, что все, что ты видел прежде, было лишь миражом: впереди, насколько хватает глаз, желтые барханы песков. А на одной из дюн замер автомобиль разведчиков — очередная поломка. На этот раз не выдержало крепление стойки амортизатора. Подъезжаем. «Ну, чем тебе не пустыня Сахара», — улыбается, откручивая колесо, Сергей Таланцев. Сергей — известный гонщик, и весь свой колоссальный опыт он уже не первый год использует в реконесансе «Шелкового пути». И кто сказал, что пески — мягкая субстанция? Удары по подвеске автомобиля такие, что кажется, будто едешь по изобилующей ямами проселочной дороге. Едешь, пока машина не проваливается по ступицу колеса в песчаную ловушку. Езда в песках — это особое искусство, и многие гонщики говорили мне, что теоретических знаний здесь мало — нужно особое чутье.

Уже к вечеру приезжаем на очередной бивуак, где нас ожидает вкуснейший ужин (просто дежавю по моим предыдущим поездкам на «Шелковый путь»). А мой собеседник — неоднократный победитель «Дакара» Пьер Лартиг. Последний раз я общался с Пьером в 1995 году в Санкт-Петербурге, где он был «проездом», участвуя в марафоне «Париж — Москва — Пекин» за рулем «камазовской» технички. И тогда Лартиг говорил о том, что ожидает очень много интересного в той части ралли-рейда, которая проходит по территории нашей страны. А сейчас известный гонщик прописывает трассу пятой редакции «Шелкового пути». И мой первый вопрос о том, что нового ожидает участников в нынешнем году? «Первое, что хочу отметить, — нынешний маршрут еще интереснее, чем прошлогодний. Он предполагает больше работы не только для пилотов, но и для штурманов. Вообще, успех в этой гонке будет целиком зависеть от того, насколько успешной будет совместная работа внутри экипажей. А еще участники удивятся обилию песка, — рассказывает Лартиг. — Что касается сложности маршрута, то, как бы сказал Роби Гордон, — это ралли не для девочек. Заметь, это выражение Роби, а не мое, но в этом контексте я американского пилота поддержу». Что да, то да — за семь дней гонки ее участникам на маршруте Москва — Астрахань предстоит преодолеть около 3000 км спецучастков! Для примера, дистанция special stages «Дакара» нынешнего года составила около 3500 км, но сама гонка была в два раза продолжительнее «Шелкового пути». А что касается песков, то первое знакомство с дюнами состоится уже на первом этапе Тамбов — Волгоград, добавив перчинку в классический российский лесной пейзаж. А что говорить о предпоследнем этапе Астрахань — Астрахань, на котором после микса из быстрых степных дорог, озер и солончаков экипажи в очередной раз столкнутся с песками, причем, самыми разнообразными. Беседуя со столь известным и авторитетным гонщиком, как Пьер Лартиг, я не мог не задать ему вопрос, не исчезает ли некая романтика автоспорта, и ралли-рейдов в частности, в связи с серьезным повышением мер безопасности (что, конечно же, правильно). «Ты прав в той части, что если автоспорт станет абсолютно безопасным, он потеряет интерес для определенной категории зрителей, которой импонируют не только борьба на трассе, но и аварии. Здесь так: то, что нравится зрителям, не очень хорошо для пилотов, — считает Пьер Лартиг. — А что касается романтики…

В ралли-рейдах каждая гонка — это по-прежнему приключение, ежедневные новые открытия. Одни пески чего стоят: они постоянно меняются, и каждый раз нужно искать новый подход к их преодолению». Тем не менее, как и любой вид спорта, дисциплина ралли-рейдов подвержена переменам. «Безусловно, — продолжает Лартиг. — Этот спорт стал более профессиональным. Это касается и уровня подготовки техники, и кондиций пилотов, и, разумеется, организации соревнований. А также уровня безопасности. В качестве примера можно вспомнить, что раньше на трассе горело очень машин. Сегодня подобные ситуации сведены к минимуму». К нам с мисочкой дымящегося плова, приготовленного в полевых условиях бивуака, подсаживается Стефан Ле Баль, человек, который по праву считается одним из лучших в мире по качеству подготовки дорожной книги, которая поистине является путеводной звездой на любом ралли-рейде. «Пьер прав, говоря, что самым важным аспектом при подготовке трассы является безопасность, а спецучастки здесь по-настоящему марафонские, — подключается к разговору Стефан. — Поэтому я стараюсь делать дорожную книгу как можно более точной. К примеру, на одном из спецучастков протяженностью 480 км в моей тетрадке отмечено около 575 позиций! Нам важно избежать ловушек, которые могут оказаться на пути гонщиков. И еще. Нужно реально оценить уровень опасности и для заводских экипажей, которые поедут очень быстро, и для любителей, скорость машин которых не столь высока. Вот посмотри (Стефан отрывается от ужина и приносит тетрадь с заметками): эту отметку я сделал специально для экипажей грузовиков, так как на этом участке очень большой уклон дороги — водители автомобилей его могут просто не заметить, а для «камионов» он может оказаться критическим. Во время реконесанса мы должны ехать достаточно быстро и по траектории трассы, и по срезкам — только так мы сможем понять характер дороги, которую участники будут проходить в гоночном режиме». «Ралли-рейды действительно меняются, — вступает в разговор Пьер Лартиг. — Во времена, когда выступал Тьери Сабин, штурман мог прочитать: “100 километров, как видишь». А на этом ралли Стефан по числу позиций в дорожной книге бьет все рекорды».

Ранний подъем, завтрак и снова в путь. И уже знакомая картина: разноцветье весенней степи, а на горизонте желтая полоса песков. Перед тем как отправиться в дюны, обязательная процедура — снижение давления в шинах. «Сейчас понижаем до 1,5 бар», — рассказывает исполнительный директор «Шелкового пути» Сергей Гиря. Упоминать о славном спортивном прошлом Сергея излишне — только гонщик с большим опытом может достойно справиться с прокладкой маршрута для своих «товарищей по цеху». «Про характер песков можно написать отдельную книгу — настолько они разные, — продолжает он. — И иногда давление в шинах в одну или две «десятки» может стать решающим между победой или поражением. На «Шелковом пути» это умение крайне важно: в нынешней редакции из 3000 километров спецучастков 950 — песчаные дороги». А интуицию все равно нужно иметь — атаковать ли дюну «в лоб» или пытаться протиснуться в игольное ушко между барханами? И не всегда прямая здесь оказывается самым коротким путем. При этом надо не только пройти спецучасток от старта до финиша, но и найти контрольные точки, умело спрятанные организаторами… Постепенно усиливается ветер, горизонт затягивается серо-желтой пеленой — это песчаная буря. Стоит выйти из машины, и оказываешься во власти песка: он снизу, сверху и вокруг тебя, он попадает в глаза и скрипит на зубах. Фотографировать это природное явление у меня нет желания, так как абразив песчаной пыли — смерть для камеры. Машины вязнут в песке, постоянно востребован буксирный трос. Перед нами встает дилемма: пробиваться дальше с участниками реконесанса, рискуя при этом опоздать на самолет, или возвращаться в лоно цивилизации? Душа требует продолжения приключения, но здравый смысл побеждает. Мы разворачиваемся по направлению к трассе, ведущей в Астрахань, а автомобили разведчиков скрываются из виду в песчаной круговерти. Реконесанс ралли-рейда «Шелковый путь — 2013» на тот момент еще не был закончен…

Я бы стартовал…

Бокал красного вина, французский сыр и замечательный французский прононс. Нет, это не кафе на Монмартре. Вокруг степь с трещащими цикадами, рокот дизель-генератора, да и вино не в бокале, а в пластиковом стаканчике. А вот сыр и прононс настоящие, французские. И мой собеседник — легендарный гонщик Пьер Лартиг.

Пьер, остались ли в Вашей богатой спортивной биографии нереализованные мечты?

Я очень хотел бы проехать ралли за рулем гоночного КамАЗа. На марафоне «Париж — Москва — Пекин» я управлял КамАЗом, но это была техничка.

Я даже не спрашиваю о желании проехать по трассе, в подготовке которой Вы принимаете непосредственное участие…

Разумеется! Взял бы мой старенький желтый Citroen, или лучше багги, а штурманом — Стефана Ле Баля… Даже при прописке трассы я получаю огромное удовольствие, особенно когда проверяю то, что записал Стефан: я не боюсь пройти поворот в заносе, не боюсь нажать на газ при выходе из поворота. Я уверен в дорожной книге, уверен в отсутствии сюрпризов на трассе!

Ралли-рейды — весьма специфическая дисциплина. Как обстоят дела с их популярностью в мире?

Нужно учитывать, что сейчас экономическая ситуация в Европе, и в частности во Франции, не самая лучшая. На проведение гонок нужны бюджеты, которые все труднее выделять. Поэтому и наблюдается тенденция снижения популярности. А вот в Латинской Америке, России и даже в Китае интерес растет. Я уже не говорю об Абу-Даби и Катаре, где нет проблем с финансированием. Достаточно посмотреть списки участников, в которых значатся гонщики со всего мира, а не только европейцы, как раньше.

Повлияло ли на развитие всей дисциплины то, что «Дакар» ушел из Африки?

Лишь в какой-то мере. В первую очередь изменился сам марафон. На африканской гонке можно было проехать сотни километров и не встретить людей. Потрясающее впечатление! А сейчас в Южной Америке мы словно попадаем на этап WRC: люди стоят на каждом повороте. Не заблудишься — можно ехать туда, где стоят зрители. Лично мне очень не хватает Африки, но гонка ушла оттуда по объективным причинам: если нет гарантии безопасности, то компании-производители не хотят вкладывать в проведение этого ралли деньги, а страховые компании страховать риски. Если вернуться к вопросу, то с уходом «Дакара» из Африки дисциплина продолжает жить, а вот уровень безопасности значительно возрос. Кстати, на «Шелковом пути» тоже можно проехать приличное расстояние и не встретить ни души. Да и по многим факторам сравнение «Шелкового пути» с африканским «Дакаром» имеет под собой почву.

Вопрос, возможно, риторический, но можем ли мы сравнить тенденцию развития ралли-рейдов с тем, как развиваются чемпионаты мира, проходящие под эгидой FIA?

Ты имеешь в виду «Формулу-1» и WRC? Нет, сравнивать нет смысла — это три абсолютно разные дисциплины с разными концепциями развития. Что касается ралли-рейдов, то для прогресса этой дисциплины необходим грамотный промоутер. Если такой появится, то найдутся и партнеры, с приходом которых активизируются и средства массовой информации. И только при таких условиях появится возможность провести чемпионат мира по ралли-рейдам — сегодня мы имеем лишь Кубок мира. Но в FIA этим вопросом серьезно занимаются.

Источник: 5koleso.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.